******************************************************************* * П Р О Б Л Е М Ы Х И М И Ч Е С К О Й Б Е З О П А С Н О С Т И * ******************************************************************* **** Х И М И Я * И * Ж И З Н Ь *************** ******************************************************************* ** Сообщение UCS-INFO.1883, 11 мая 2008 г. * ******************************************************************* Пища наша ПРОДОВОЛЬСТВИЕ И ПОЛИТИКА БИТВА ЗА УРОЖАЙ Почти все современные вооруженные конфликты спровоцированы элементарным голодом. Можно ли накормить человечество, не прибегая к так называемым генетически модифицированным продуктам, - один из самых важных вопросов нашего времени. Рассказывают, будто бы еще совсем недавно филиппинские крестьяне восполняли недостаток белка в организме, употребляя в пищу улиток, обитавших на рисовых полях. Об этой привычке узнала Имельда Маркос, супруга тогдашнего президента страны Фердинанда Маркоса. Ей пришло в голову, что продовольственную проблему можно решить, выписав из Южной Америки другую улитку, которая размножается быстрее. Но другая улитка оказалась не только невкусной, но и прожорливой и агрессивной: она свела на нет популяцию не столь плодовитой местной улитки и набросилась на молодые побеги риса. Пришлось применить пестициды, и идиллия окончательно погибла. Эту грустную историю филиппинцы вспоминают, когда им начинают объяснять неисчислимые блага <чудо-семян> - трансгенного посевного материала. Еда - важнейший элемент национальной идентичности. О вкусах не спорят, тем более с целым народом. Но ведь и просто накормить себя досыта человечество все еще не способно. Царь-голод Большинство современных конфликтов можно рассматривать как продовольственные войны: таково мнение американских специалистов, антрополога Эллен Мессер и политолога Марка Коэна, опубликовавших в последние годы серию статей, посвященных голоду, бедности и распределению продовольственных ресурсов в различных обществах. На протяжении всей человеческой истории, полагают они, голод был как причиной, так и следствием войны. С этим выводом трудно спорить. Голод и сегодня продолжает терзать огромные группы населения бедных стран. Более 56 миллионов человек, живущих в 27 странах, сталкиваются с <продовольственной незащищенностью>. В среднем это 20 процентов населения этих стран. Однако, по данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, в отдельных странах этот показатель выше: 25 процентов в Судане, 43 процента в Танзании, 49 процентов на Гаити, 70 процентов и выше - в Афганистане, Бурунди, Демократической Республике Конго и Сомали. В настоящее время продовольственными можно считать войны в суданской провинции Дарфур, в районе Африканского Рога, который охватывает конфликты в Эфиопии, Эритрее и Сомали, а также в Демократической Республике Конго. В качестве позитивного примера решения продовольственной проблемы, за которым последовало и политическое урегулирование, можно назвать индонезийскую провинцию Ачех. После катастрофического цунами 2004 года пострадавшим районам была оказана массированная гуманитарная помощь, в ее распределении участвовали как правительство, так и повстанцы, контролирующие значительные территории. Эта совместная работа привела в итоге к мирному соглашению. Тем не менее, нехваткой продовольствия противоречия не исчерпываются. Так, к примеру, в Шри-Ланке после короткой паузы, вызванной цунами и ликвидацией его последствий, боевые действия возобновились. Опра против говядины США - крупнейший производитель и донор продовольствия. Еще в 1954 году президент Эйзенхауэр учредил международную программу <Продовольствие за мир>. Сегодня она поставляет более 350 тысяч тонн гороха, бобов, чечевицы, кукурузной муки, пшеницы и растительного масла в неделю более чем в 35 стран, где они распределяются Всемирной продовольственной программой ООН и частными неправительственными организациями среди нуждающихся людей. По словам нынешнего директора программы Билла Хэмминка, Африка к югу от Сахары, хорошо знакомая с голодом и конфликтами, в последние годы ежегодно получает из Соединенных Штатов срочную продовольственную помощь на сумму более 1 млрд. долларов. Хэмминк не сомневается в благотворности своих усилий. США предоставляют половину срочной продовольственной помощи в мире, утверждает он. Но в мире к американской продовольственной щедрости относятся подчас без энтузиазма. В январе 1988 года техасские скотопромышленники вчинили телезвезде Опре Уинфри иск на крупную сумму - 10,3 миллиона долларов. Ответчица в своем ток-шоу решила обсудить проблему <коровьего бешенства> и, натурально, пришла к выводу, что говядину лучше не есть. Прямо перед камерами она поклялась не прикасаться больше к гамбургерам. Шоу Опры смотрят десятки миллионов зрителей. Спрос на говядину разом упал. Торговцы мясом потребовали возместить убытки. Истцы утверждали, что программа Опры сделана тенденциозно: активисту движения за <безопасную пищу> было предоставлено куда больше времени, чем экспертам, придерживающимся иных взглядов, в нее были вмонтированы отталкивающие кадры забоя коров, сопровождаемые соответствующей музыкой. Наконец, программа содержала сведения, попросту не соответствующие действительности. Адвокаты ответчицы построили защиту на Первой поправке к Конституции, гарантирующей свободу слова. На это их визави отвечали, что никому не возбраняется быть вегетарианцем и объявлять о своей диете на всю страну, но не надо при этом искажать информацию и нагнетать страсти: американские коровы губчатой энцефаллопатией не страдают, а на фермах и бойнях приняты все необходимые меры предосторожности. Вспомнили случай, когда президент Буш-старший заявил, что терпеть не может брокколи. При этом, однако, он не стал утверждать, что не любимый им овощ смертельно опасен для человека. Весы Фемиды явно склонялись в пользу производителей говядины. Спасло Опру опрометчивое высказывание свидетеля, заявившего суду, что во время записи программы в студии царила <атмосфера линчующей толпы>. К фразе тотчас прицепились адвокаты ответчицы, по мнению которых свидетель оскорбил расовое достоинство их клиента. Бедный профессор Мэрилендского университета чуть ли не в ногах валялся у Опры, вымаливая пощаду. Он поведал суду, что вырос на Юге и немало претерпел за свою дружбу с неграми, что, став взрослым, он боролся за гражданские права афроамериканцев, чем навлек на себя гнев Ку-клукс-клана, который спалил его дом. Мольбы остались тщетными: Опра выиграла процесс. Кто ты, Bacillus thuringiensis? Публика, следившая за тяжбой с неослабевающим интересом, встретила вердикт ликованием. И не только вследствие феноменальной популярности Опры. Потому она и популярна, что умеет уловить умонастроения народа. А настроения заключаются прежде всего в том, что производитель продовольствия по определению находится под подозрением. Глобализация эти подозрения лишь усугубляет. Странно сказать, но у американцев, маниакально озабоченных своей диетой, дело контроля за качеством продуктов питания поставлено слабо. Законодательство, трактующее эти вопросы, почти не менялось со времен Теодора Рузвельта. Государственный санитарный инспектор может оштрафовать владельца цирка за дурное обращение со слоном, но не имеет права наказать долларом бойню. Он может лишь, оперируя угрозой уголовного преследования, убедить нарушителя технологической дисциплины <добровольно> отозвать партию сомнительного товара, что обычно и происходит. Или не происходит. В последнее время опасения потребителя связаны прежде всего с генетически модифицированными продуктами (GM foods, или, как чаще пишут в Америке, GE - genetically engineering). Попытки ввести соответствующую федеральную маркировку не в силах пробиться через Конгресс. Сейчас вопрос маркировки продуктов регулируется законодательствами штатов, отчего потребитель путается и не может с полной уверенностью судить о происхождении продукта. В близлежащем супермаркете я нарочно пытался найти хоть какой-то продукт, сертифицированный как органический. Нашел еду из самых разных штатов. На упаковке - множество полезных и бесполезных сведений, только не указание на метод производства. Максимум, что мне удалось обнаружить, - сообщение о том, что продукт прошел инспекцию Минсельхоза и может содержать бактерии, которые могут стать причиной заболевания, если продукт неправильно хранить или неправильно употреблять. Напрашиваются два вывода: либо производитель пренебрегает правилами, что вряд ли, либо в Америке все сплошь продовольствие изготавливается из генетически модифицированного сырья. Что скорее всего. Передо мной - свежекупленная бутыль молока емкостью в полгаллона. Можно разглядывать ее хоть под лупой - никаких указаний на генетические манипуляции. Между тем каждая третья американская корова получает ежедневную инъекцию повышающего удойность вещества, известного под аббревиатурой BGH - bovine growth hormone, генетически преобразованный бычий гормон роста. Производящая его фирма Monsanto вместе с разрешением применять препарат добилась от федеральных властей не просто права не сообщать потребителю о факте его применения, но прямого запрета маркировать генетически модифицированное молоко. Иное дело - органические продукты. Для них с недавних пор Минсельхоз США ввел правила маркировки. Органическое зерно должно быть выращено без применения пестицидов. Запрещено использовать нечистоты в качестве удобрения, а также облучать и кормить антибиотиками животных. То есть все это можно, но полученный продукт нельзя будет маркировать как органический. Товар, на 95 процентов состоящий из органических ингредиентов, получит ярлык USDA certified organic - <Органическое происхождение удостоверяется Министерством сельского хозяйства>. Товар же, в котором натурального продукта от 50 до 94 процентов, удостаивается надписи - <Изготовлено с применением органических ингредиентов>. Спрос на экологически чистую продукцию в США неуклонно растет. По последним данным, объем продаж такого товара, включая одежду, составил 10,4 миллиарда долларов, или 35 долларов в год на душу населения. Тем не менее, поскольку производство этих продуктов отличается большей трудоемкостью, а стоят они дороже обыкновенных, объем производства увеличивается медленно, число <органических фермеров> выражается цифрой в полтора десятка тысяч хозяйств. Основной объем приходится все же на трансгенные продукты питания. Наиболее широко практикуемый в США метод выращивания злаков состоит во внедрении генов живущего в почве микроба под названием Bacillus thuringiensis (Bt) в ДНК сельскохозяйственных культур. В результате растение становится смертельно опасным для насекомых-вредителей, а применение пестицидов делается излишним. Метод несомненно удешевляет производство. США - крупнейший в мире производитель и экспортер продовольствия, изготовленного с применением биотехнологий. Однако страна не в состоянии реализовать весь урожай зерновых на внутреннем рынке - отрасли жизненно необходим экспорт, причем в огромных объемах. Но из обильного, во много раз превышающего потребности страны урожая сои, кукурузы и риса за границу можно продать лишь малую часть. Есть или не есть? Вредны или безвредны продукты, изготовленные с применением биотехнологий, наука пока не выяснила. Американцы, ссылаясь на свой многолетний опыт, утверждают, что пагубные последствия давно дали бы о себе знать. <Не было ни одного случая недомогания, отнесенного на счет продуктов питания, изготовленных с использованием биотехнологий, - убеждал недавно своих европейских визави Дэвид Аарон, замминстра торговли США, ведающий этими вопросами. - Ни одного! Ни кашля, ни сыпи, ни головной боли>. Тем не менее, европейцы проявляют сугубую осторожность. Именно в Старом Свете продукция биотехнологий получила пугающее прозвище Frankenfood - пища Франкенштейна. Хотя формального запрета на импорт GM foods не существует, де-факто в странах Европейского Союза действует мораторий до выяснения последствий для здоровья. Частичный или полный запрет на генные технологии ввели Австрия, Люксембург, Италия и Греция. Временно запретили коммерческое производство GM-культур британцы. Единственное исключение в Европе - швейцарская фирма Novartis, имеющая плантации генетически модифицированной кукурузы в Испании. Deutsche Bank рекомендовал инвесторам вывести средства из этого сектора, предсказывая его неизбежный упадок. В результате экспорт американских сои и кукурузы в Европу резко сократился. По причине вышеописанного гормона ЕС отказывается покупать и американскую говядину. Европейцев можно понять. Для них тяжелым уроком стала история с <коровьим бешенством>, которую эксперты окрестили четвертой сельскохозяйственной революцией. Помимо астрономических убытков (6,5 миллиарда долларов), им пришлось испытать и сильнейший психологический экзистенциальный шок. Шутка ли: человек, пятнадцать лет назад съевший стейк из британской говядины, по сей день не может считать себя в безопасности - болезнь Крейцфельда-Якоба все еще способна проявить себя. Не случайно как раз на Британских островах борьба с <едой Франкенштейна> приняла самый острый характер. Именно здесь был проведен наделавший шуму эксперимент: у лабораторных крыс, которых кормили генетически модифицированной картошкой, как будто замедлился рост и оказалась ослабленной иммунная защита. Тема не сходит со страниц британской прессы, а BBC затеяла ежедневный радиосериал о жизни семейства английских фермеров <Арчеры>. Сюжет одной из недавних серий: юный Томми Арчер признан судом невиновным в уничтожении посевов генетически модифицированного репса на поле родного дядюшки. Существует еще и исторический опыт Европы с ее революциями и войнами, приобретением и потерей колоний. Нынешняя сельскохозяйственная доктрина ЕС - прямое следствие лишений Второй мировой войны: континент решил, что его население больше никогда не должно голодать и зависеть от продовольственного импорта. Шесть лет Европа и Америка вели изнурительные переговоры. Наконец, в мае 2004 года ЕС согласился допустить на свой внутренний рынок трансгенную американскую кукурузу. Еще 30 злаков дожидаются своей очереди. С <третьим миром> дело обстоит несколько иначе. В нем немало крупных производителей продовольствия. Но на американский рынок они пробиваются с величайшим трудом. США используют механизмы ВТО, дабы затруднить доступ. Вспоминается одна из недавних разборок: США обвинили азиатских добытчиков креветки в хищнических методах промысла. Оказывается, вместе со стадом креветки в трал то и дело попадает морская черепаха, находящаяся под защитой международной конвенции и американского закона. Дабы спасти исчезающий вид, трал следует снабдить специальным устройством, которое отпугивает черепах. Аппарат стоит 200 долларов, но для бедных стран это чистое разорение. Еще в США действует законодательный запрет испытывать на животных косметические средства, и каждый флакон шампуня обязан иметь надпись, подтверждающую его соблюдение. Возбраняется применение стальных капканов, травмирующих при поимке пушного зверя. И прочее в том же роде. Естественно, страны, которых касаются эти ограничения, воспринимают их как утонченное издевательство, на самом деле имеющее целью не пустить экспортеров на американские рынки. А требования к условиям труда, минимальной зарплате, экологическим стандартам и охране прав интеллектуальной собственности, соблюдение которых поставило бы всех участников ВТО в действительно равные условия и тем обеспечило бы подлинную свободу торговли, для стран третьего мира просто невыполнимы. Параллельно вашингтонские чиновники усиленно ищут рынки сбыта для собственной сельхозпродукции. При этом их самый главный, безотказный аргумент - голод, победить который возможно будто бы только при помощи генной инженерии. Но аргумент этот не столь уж неотразим. Игры на понижение Вопреки распространенному заблуждению, человечество не испытывает недостатка в продуктах питания. Оно испытывает трудности с их реализацией. Бедным странам зачастую просто некуда пристроить свой урожай по приемлемой цене, и они остаются бедными, а население голодным. Времена, когда пряности продавались на вес золота, миновали. Мой двоюродный дед держал в Москве на Большой Татарской улице магазин колониальных товаров, получая их непосредственно от производителя. Сегодня понятие <колониальный товар> - анахронизм: у нас чай английский, кофе швейцарский, варенье из банана немецкое. Львиную долю доходов загребают транснациональные корпорации, производящие конечный продукт и сознательно играющие на понижение цен на сырье на товарных биржах. Мало того. Они постоянно изобретают все новые каверзы для удешевления производства. Так, недавно Европейский Союз разрешил своим членам, производящим шоколад, замену 5 процентов масла какао более дешевыми аналогами. Для производителей какао-бобов, крупнейший из которых - Кот-д'Ивуар, это означает сокращение экспорта на 200 тысяч тонн в год. Но это еще тропическая культура, без которой обойтись все-таки нельзя. С товаром, который успешно производится в самой Европе - мясом, птицей и молочными продуктами - на европейские рынки вообще не пробиться, и тут уже о честной конкуренции речи нет. На сегодняшний день это главная линия водораздела в мировой торговле. Развивающиеся страны, чей бюджет в значительной мере зависит от продовольственного экспорта, выступают единым фронтом с ведущими производителями продовольствия против Европы, Японии и Южной Кореи, субсидирующих свой аграрный сектор и тем подрывающих принцип свободной торговли. Великая <битва за урожай> впереди. Производственный цикл, который проходит продовольствие от посева до желудка потребителя, включает едва ли не все социальные и экономические проблемы, которые человечеству придется решать в новом веке, отделяя зерна от плевел. История знает немало примеров того, как люди жертвуют свободой ради нищенской, зато гарантированной пайки. Но это ложный выбор. Голодный никогда не будет свободным. Таково уж метафизическое свойство этой субстанции, пищи. Вашингтон Питаемся по Онищенко В России дело контроля за качеством продовольственного импорта поставлено на службу политическим целям. Деятельность главного санитарного врача РФ Геннадия Онищенко в этом отношении давно уже стала притчей во языцех. Его грозные инвективы и соответствующие запретительные меры удивительным образом совпадают с обострением двусторонних отношений с каким-нибудь сопредельным государством, будь то Грузия, Молдавия или Польша. Онищенко, собственно, и не скрывает этого. Между тем, те же самые продукты успешно преодолевают санитарный контроль США. Недалеко от моего дома близ Вашингтона расположен один из магазинов известной фирмы Russian Gourmet, где мы покупаем бочковую селедку, бородинский хлеб, баранки и прочую русскую бакалею. На стеллажах этого заведения в изобилии представлены грузинские и молдавские вина, польские овощные и грибные консервы, украинские соки и варенья. Я специально спрашивал хозяина: были проблемы с американской санитарной службой? Ни разу. Конечно, мне могут возразить, что в Россию те же производители нарочно поставляют испорченную продукцию из вредительских целей. Но в эту версию вряд ли верит даже сам г-н Онищенко. А.Потемкина, "Совершенно секретно", N 11/222, 11.2007 ************************************************************** * Бюллетень выпускается Союзом "За химическую Безопасность" * * (http://www.seu.ru/members/ucs) * * Редактор и издатель Лев А.Федоров. * * *********************************** * * Адрес: 117292 Москва, ул.Профсоюзная, 8-2-83 * * Тел: (7-495)-129-05-96, E-mail: lefed@online.ru * ************************** Распространяется * * "UCS-PRESS" 2008 г. * по электронной почте * ************************************************************** =-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=