******************************************************************* * П Р О Б Л Е М Ы Х И М И Ч Е С К О Й Б Е З О П А С Н О С Т И * ******************************************************************* **** Х И М И Я * И * Ж И З Н Ь *************** ******************************************************************* ** Сообщение UCS-INFO.1857, 24 марта 2008 г. * ******************************************************************* Земля и космос КАЗАХСТАН: РАКЕТНАЯ АКТИВНОСТЬ И ЭКОЛОГИЯ Казахстан: Байконур, эмоции и здравый смысл Ракеты, запускаемые с космодрома, оказывают механическое, психофизическое, акустическое, световое, термическое, химическое и множество других первичных и вторичных, прямых и косвенных неблагоприятных воздействий, в том числе вредящих и убивающих годами и десятилетиями. Нет воздействий без последствий, нет безопасных, безвредных, <экологически чистых> ракет и ракетных топлив, а есть профаны, несущие эту чушь. У каждого типа ракет, у каждой конкретной запушенной ракеты свои типичные и конкретные жертвы в биосфере и в обществе. Эти воздействия и жертвы возникают не сами по себе, они - следствие, в частности, менталитета носителей власти и масс, которым в наблюдаемой реальности биологически противопоказаны системность мышления и поступков. Космодром Байконур создавался по отраслевому проекту, поставившему тогдашние слабонарушенные ландшафты в положение малоценных и неудобных угодий, разрушением и загрязнением которых можно пренебречь ради обороны и китча <через тернии к звездам>. Космодром заработал в 1957 году, с 1962 года началось заражение природно-хозяйственных комплексов супертоксичными гептилом и амилом (РН <Космос> и др.), а с 1965 года поражение среды Казахстана топливными токсикантами (РН <Протон>, РН <Циклон> и др.) по силе, масштабам и систематичности вышло на уровень необъявленной войны с природой, хозяйством и населением. За несколько лет до шабаша развала Союза эта картина могла смениться принципиально, в связи с введением в нормы и практику советского природопользования системного подхода, исключающего возможный произвол и решения по понятиям. Но произошло то, чего нельзя было допускать, война с природой, хозяйством, населением продолжается и в некоторых отношениях, отмеченных депутатами парламента после аварии <Протона> 6 сентября 2007 года, усугубляется. Здесь уместно прикоснуться к вышедшей из канцелярии Президента статье <Через тернии к звездам> (Казахстанская правда, 12.04.07), подчеркивающей роль главы государства в том, что космодром Байконур жив и сегодня. Он занимает <...третье место в мире по числу запусков космических аппаратов. На него приходится более четверти всех запусков. Кроме того, к космодрому привязано свыше 70 процентов российских и значительная часть международных космических программ.> Срок аренды комплекса <Байконур> Россией продлен до 2050 года. Глава государства поставил задачу: <Крайне важно перенести акцент с временных выгод от сдачи в аренду комплекса <Байконур> на реализацию совместных с Россией космических программ и проектов...> И о создании собственной космической инфраструктуры, чтобы стать <полноценной космической державой> или как это называется в других статьях - <войти в элитный клуб (клубы) мира (Казахстанская правда, 19.10.07 и др.). Кто представляет себе цену вреда, наносимого ракетами экосистемам, например, по запланированным на 2008 год 2,7 запусков в месяц (в 2007 г. - 1,7), в том числе 1,3 - <Протонов> (3 уже запущено), тот не сразу сообразит о каких именно временных или постоянных? выгодах от аренды идет речь. К публично не прокомментированному продлению срока аренды до 2050 года я еще вернусь. А тут скажу, что этот поступок похож на признание невозможности нашей самостоятельной ракетно-космической деятельности, и на завет не препятствовать нанесению нам вреда. А вред этот поистине громадный. Будучи в группе правительственной комиссии по Байконуру, в феврале 1994 года я дал заключение об исторических экологических потерях в зоне воздействия космодрома (506 тыс. кв. км) в сумме 2,024 триллиона рублей (цены 1991 г.). Эта цифра до сих пор не подвергалась сомнениям. С тех пор ситуация продолжает усугубляться, восстановлением природных и антропогенных ландшафтов никто не занимается, в этих условиях сумма потерь от деятельности космодрома может только возрастать. Методика, по которой рассчитана указанная минимальная цифра, была принята Минэкобиоресурсов РК в 1995 г. и после обычных проволочек в 1997 г. утверждена министерством, наделенным в то время надведомственными полномочиями. Учет вреда, причиненного деятельностью этого транспортного предприятия, я до сих пор считаю неотъемлемой частью комплексной оценки. Я уже не говорю об участии космодрома в ядерных и других губительных акциях. Ракеты, запускаемые с космодрома Байконур, летят по двум трассам: субдолготной - примерно на северо-восток в сторону г. Омск и субширотной - на восток в сторону г.Усть-Каменогорск, воздействуя на ландшафты пустынь, полупустынь, степей, лесостепей и лесов равнин, мелкосопочника и гор Алтая. По субдолготной трассе, при ее длине около 1200 км и стандартной ширине полосы воздействия 100 км, площадь районов влияния (РВ) космодрома составляет 12 млн. га, по субширотной при длине 1600 км и той же ширине - 16 млн. га. Внутри РВ лежат так называемые <районы падения (РП) отделяемых частей ракет-носителей> иначе - <поля падения>. По данным наших исследований 1992-1994 гг. районы падения ступеней ракет по комплексу факторов квалифицируются как зоны экологического бедствия, а районы их влияния - как зоны экологического кризиса; соотношение площадей РП и РВ составляет примерно 1:10. За 50 лет систематических обстрелов штатными и аварийными ракетами, заполненными токсикантами, территория поражения расползлась на огромные пространства. Сколь бы малы ни были удельные показатели вреда, мы все равно получим колоссальные суммы экологического вреда, подлежащего компенсации. То, что из меркантильных соображений российское, а из возвышенных - казахстанское руководство поступятся прошлым, настоящим и будущим природы и населения, перемалываемых <третьей в мире> космической мельницей, мне стало ясно еще в 1994 году, когда пришлось участвовать в арендной истории и в бессмысленном рецензировании проектов документов по Байконуру и Сарышагану. Уже тогда существовал тот зыбучий песок, в который ушли бы названные триллионы денег, вздумай Россия, как правопреемник СССР, выплачивать их на оздоровление чахнущих под Байконуром природы и населения. С тех пор ничего не изменилось, и лучшие свидетельства тому: очередная визгливая чиновничья кампания по иезуитскому <повышению> пенсий и еще более визгливая очередная же акция по притеснению чиновниками чиновников, которые, в отличие от миллиардеров золотой роты власти, неумело пользуются отработанным аппаратом беспредела, коррупции и лихоимства. Ничто не изменилось и в лучшую сторону не изменится, в том числе и <под Байконуром>. В 1994-2002 годах я не раз обсуждал с российскими специалистами и руководством нашего <космического> ведомства вопрос наработки системных, доказательных данных о динамике природно-хозяйственных комплексов в зонах влияния и тяготения космодрома. Наши орлы одобрительно кивали своими аэрокосмическими головами, писали благосклонные заключения, и не более того, а российское ведомство логично не стало рыть себе яму. Финансируемые им с 2001 года программы чего-то там <экологического> и чего-то <медицинского> были заведомо обречены на отсутствие системного результата, и первые же отчеты побудили меня бросить безнадежное дело. Вернули меня в забытое прошлое публикации, освещавшие события, последовавшие за аварией <Протона> 6 сентября 2007 года. В двух из них приведены высказывания академика РАН, доктора медицинских наук, профессора, руководившего группой врачей, занимавшихся статистикой обращаемости в медучреждения самого страшного <байконурского> Улытауского административного района Карагандинской области. Он <...долго втолковывал журналистам, что никакого вреда от <Протонов> не бывает... опасности для здоровья нет... ПДК и токсичность не превышены, следовательно, и опасности нет... но это уже токсикология, а мы занимаемся статистикой: резкий рост обращаемости к врачам в период запусков и падений <Протонов> объясняется... психо-эмоциональным фактором...> и т.д. (Республика, 30.11.07, Караван, 30.11.07:). Не могу судить о точности воспроизведения речений академика журналистами, но смысл их, насколько я понимаю, передан адекватно. Эти медики такие забавные! Мало того, что они профукали свою классическую коммунальную гигиену (теперь это - <экология>), так еще и поучают, что непревышение пресловутых <ПДК> и какой-то неведомой <токсичности> исключает <опасность>. Вот уж не думал, что в третьем тысячелетии придется читать такое, но, видно, и в медицине есть место статистикам. Росавиакосмос, кажется, желает финансировать новую трехлетнюю программу, и уж к ней статистикам следовало бы придумать себе работу более полезную. Если что, я им скажу какую. Автор публикации в <Караване> напомнил, что в 2001 году для реализации четырехлетней программы (на деньги Росавиакосмоса) были задействованы: <Семь научных институтов и научно-производственных предприятий с российской стороны и десять с казахстанской. Сотни докторов и профессоров четыре года изучали вопрос <Оценка влияния запусков ракет-носителей с космодрома Байконур на окружающую среду>. И теперь выясняется, что сработала вся эта команда с нулевым результатом. Работавший в 2001 году медик отметил, что тогда среди 50 тысяч обследованных <Мы не нашли здоровых взрослых и детей>, а другой вспомнил: <Уровень психических заболеваний превышает уровень контрольного района в 40 раз. Заболеваний крови - в 20 раз. Большой процент врожденных аномалий. Средний возраст жителей 50-55 лет> (Караван, 30.11.07). И в 2001-2004 годах и в 2007 году медики искали то, чего им не дано найти их средствами. Мне, конечно, все равно, но года через три-четыре запуски <Протонов> с Байконура могут закончится, а с ними закончится лафа любителям здоровья и экологии. Чтобы <сотни докторов и профессоров> на застаивались, я им советую срочно истребовать у Росавиакосмоса денег на обследование какой-нибудь Карагужихи или вообще - районов падения и трасс в других областях, ибо, то, что не удалось сделать в Карагандинской области, вполне можно не сделать и в других областях. Скорее всего, вопрос о вреде так бы и остался в глубокой тени, если бы авария не случилась недалеко от места пребывания главы государства. Тут уж, как можно было видеть, слышать и читать, в самой решительной форме полномочные лица и депутаты заявили о пересмотре некоторых положений казахстанско-российских актов, расширении круга случаев, подлежащих компенсации, включая <здоровье> и <моральный> вред и др. Из небытия стала выплывать тема компенсации исторического вреда, вреда от штатных запусков ракет и так далее. Если бы энтузиасты были в курсе и следили за апрельскими публикациями в Казахстанской правде, они оставили бы свои фантазии и прожекты, тревожащие арендатора, тем, кому положено. Судя по молчанию средств массовой информации, ораторы уже все поняли... и больше не будут... Не случайно же глава Казкосмоса хлопотал перед главой правительства насчет создания спецподразделения по защите госсекретов, неясно только от кого (Казахстанская правда, 02.02.08): от депутатов, общества, Росавиакосмоса, США или от Ирана. Во временных паспортах РП ОЧ РН (районов падения отделяемых частей ракет- носителей) 1992 и 1993 годов, составленных российскими специалистами, уже были даны внятные ответы на вопросы о последствиях гептилового и иного загрязнения территорий (и подтверждены в 2000 г.). Была озвучена и методика перевода его в показатели <здоровья>, в которую надо было лишь внести цифровые коррективы. Вместо копошения <сотен докторов и профессоров>, академиков и тех, кого еще пристегнут к будущей трехлетней <программе>, следовало двигаться дальше, развивая и дополняя сделанное силами тех, кто в этом понимает. Ну, не двинулись и дожились до упомянутых выступлений энтузиастов, а между прочим, лет семнадцать-восемнадцать тому назад уже действовала практика отрицания местными органами вреда от гептилового и иного загрязнения окружающей среды. Поэтому разработчики паспортов смело писали в разделах: <Экологический ущерб, наносимый окружающей среде, объектам промышленного, сельскохозяйственного производств, инфраструктуры данного района и сопредельных территорий> - <экологического ущерба нет> (по РП ОЧ РН <Протон>) или <Экологического ущерба нет> и <Ущерба народнохозяйственной деятельности нет> (РП ОЧ РН <Союз>). Эти <нет> никакого отношения к трагической реальности ситуации в районах падения и смежных территориях, четко прорисованной во временных паспортах, не имеют. В сущности российская сторона получила отпущение грехов прошлых, текущих и будущих, и эта индульгенция действует и поныне, но, видно, не в полной мере, иначе не было бы такого шума с аварией <Протона>, и к нам бы не присылали академиков от статистики. Но она (индульгенция), по-моему, была главным, почему Россия не форсировала перевод запусков на дальневосточные позиции и согласилась на аренду Байконура. Вред от запусков был зачеркнут, Россия подарок приняла, а с вхождением Казахстана в элитный клуб запускающих космических Держав что-то не очень получается. Зато широко озвученные <тернии> - налицо, и усугубляющийся вред природе, хозяйству никуда не делся. Вот уже и Иран сам запустил свой спутник и в следующие два года запустит еще четыре (Вечерний Алматы, 19.02.08). И это при откровенной враждебности самых элитных американского и европейского членов элитного клуба, к услугам которых присоединилась Россия (космодром морского базирования, Куру и др.). Она, к тому же, планирует начать в 2016 году эксплуатировать свой дальневосточный космодром, что побудило главу нашего космического ведомства и главу правительства задаться вопросом <что будем делать?>. Сообщений о причинах этого решения не было, но оно, несомненно, как-то связано с проблемами Байконура. Может быть учитывалась существенная убыточность при полноценной компенсации вреда по Конвенции об ответственности за ущерб (1972 г.), которую рано или поздно придется выполнять. Или российский космический бизнес озаботился проблемой конкуренции, почему-то после 2015 года. Байконур был создан за 2 года, а тут целых 8 лет... Когда у нас появится работоспособная структура запусков, когда мы приобретем подходящие ракеты со всеми причиндалами, нужными для штатных и аварийных запусков, когда нам дадут прибыльные грузы и мы начнем их <запускать>, тогда мы сами столкнемся с проблемами компенсации вреда на чужих территориях. Говорят, Запад ревностно относится к вопросу нанесения ущерба на своих и чужих землях. Пример тому - военные США, которые сбили ракетой свой аварийный спутник, чтобы содержавшиеся в нем 500 кг гептила не поразили окружающую среду и население и не возмещать ущерб. Я не знаю, что сталось с американским гептилом, но если бы спутник упал у нас, его бы могли и не заметить: в чреве <Протона-М>, рухнувшего 6 сентября 2007 года, было около 219 000 кг российского гептила (Республика, 30.11.07), а по прикидкам (Караван, 02.11.07) всего <вылилось> за прошедшие годы минимум 6 000 0000 кг гептила. С ним у нас не стесняются и особого вреда, зафиксированного в компенсационных выплатах, не находят. В январе этого года один видный деятель осторожно, и несколько иначе, чем автор <Через тернии к звездам>, оценил суверенные успехи и достижения в ракетно-космическом деле. В том духе, что Казахстан построил пусть небольшую, но основу фундамента космической отрасли, а ряд учреждений внес серьезную лепту в основание фундамента. То есть, фундамента еще нет, а есть основы основания, что бы это ни означало. Есть серьезная лепта, иначе - посильные крохи бедной вдовы из евангельской притчи (Марк, 12,47; Лука, 21,2). Не самая внятная и не самая обнадеживающая оценка достигнутого. Глава космического ведомства выразил ее количественно: из 62 заложенных в <программе> на 2005-2007 годы мероприятий выполнено <два или три>. Коэффициент полезного действия получается 2-3 процента. Более половины средств, освоенных по этой программе, использованы, по мнению Счетного комитета, неэффективно. Заглянув, как мне представляется, в проект аналогичной <программы> на 2008-2020 годы, Счетный комитет рекомендовал правительству разработать и принять стратегию развития отрасли (Деловой Казахстан, 01.02.08). Фактически это признание несостоятельности предшествующей идеологии и практики и предложение начать заново. Одновременно, чувствуется стремление покончить с иждивенческими настроениями в отдельно взятой космической отрасли и направить ее деятельность в русло конструктивной, эффективной, а возможно и системной работы. Вообще-то борьба с иждивенческими настроениями в стране была объявлена в 1992 году, и в очередной раз пролонгирована в 2008 году (Казахстанская правда, 07.02.08). Однако внутри государственной машины, самой находящейся на иждивении у народа, такая выборочная борьба столь же нелепа, как борьба с коррупцией и другими анатомическими свойствами организма власти. Иное дело - изживать эти <настроения> у стариков средствами нищеты и голода так, что с 1996 по 2006 годы число пенсионеров в Казахстане уменьшилось с 3,0 до 1,6 миллиона (АиФ, 21.11.07). В Счетном комитете не уловили, что у власти давно есть и общая и космическая стратегии. Первая, удовлетворяющая индивидуальные и групповые побуждения элиты, позволила ей в сжатые сроки, поразившие американских аналитиков еженедельника Форбс (Микрорайон, 07.03.08), войти в клуб миллиардеров и миллионеров, вкушающих от народного богатства. Вторая ставит целью въехать в элитный клуб космических держав мира на буксире Росавиакосмоса, получившего взамен карт-бланш на поражающие воздействия ракет, запускаемых с Байконура, на природу, хозяйство, население. Никакой другой <космической> стратегии не будет. В самом деле, не ломать же теперь общую стратегию, навязывая народу такие нерыночные ценности, как нравственность, коллективизм, народность, не возвращать же ему его достояние... Так можно дойти до соблюдения принципа Рио-92 относительно права населения на здоровую, плодотворную жизнь в гармонии с природой. Казахстан действительно поддержал Повестку дня на 21 век и Декларацию Рио-92, но их ни одна цивилизованная страна не соблюдает, в чем все убедились на Иоханнесбургском саммите 2002 года и убеждаются сегодня. Рынок есть рынок, бизнес на власти есть бизнес, и о какой новой стратегии можно говорить, когда один только казахстанский коррупционный рынок, по утверждению депутат, достигает 1 млрд. евро? (Время,06.03.08). Итак, дублировать стратегию в <программе> на 2008-2020 годы нет необходимости, сочинять принципиально новую не позволят, саму эту <программу> (план) просто подправят, урежут срок ее действия до 2013 года, ввиду того, что наше <космическое> ведомство ни контролировать, ни прогнозировать даже собственную деятельность не может, не говоря уж деятельности (бизнесе) действительных членов элитного космоклуба. Каков сегодня байконурский багаж Казахкосмоса? Есть анонс космической державы, который должен смущать членов клуба нецивилизованным отношением претендента к собственной природе, хозяйству, населению. Есть и останутся <тернии>: внутренние (для Счетного комитета) и внешние, обусловленные законами рыночных отношений, бизнеса элитных держав. Без оживляющего участия бизнеса какого-нибудь Росавиакосмоса Байконур предстает как музей внушительных размеров транспортного предприятия. Тут и площадка, заставленная всякими конструкциями и надворными постройками, в том числе содержащими разное <железо>, полезное только для профессиональных умов и рук. Вокруг - депрессивные пространства с больной природой, угнетенным хозяйством и вырождающимся населением (Караван, 30.11.07), когда-то славным своими долгожителями. То, что Иран делает свой космос, а Казахстан топчется в <терниях>, не случайность. К сказанному выше добавлю, что в 1994 году глава государства, отметив огромные размеры территорий под объектами военно-космического комплекса (включая Байконур), назвал их <смертоносными> и, недобрым словом помянув <высокотоксичный гептил>, заключил: <Предстоит подсчитать, сколько же отравлено территорий этим ядом>. До сих пор это не подсчитано ни по гептилу, ни по другим токсикантам, ни вообще - что, где, сколько, чем отравлено и испорчено, и что с этим делать. Так и должно быть, когда не знают, куда вести все общество, куда идти. В путеводном эссе, которым тестируют госслужащих, сказано: <Один мудрец однажды заметил, что если вы не знаете, куда идете, то вас туда может привести любая дорога>. Ничуть не бывало: В средневековой пословице, однажды использованной Жаком де Лафонтеном, говорится: <Все дороги ведут в Рим>. Средневековые туристы шли не туда, не знаю куда, и не на авось, они совершенно точно знали куда и зачем идут, и только по всем тем дорогам, которые ведут в нужный им Рим. Иран, как видим, определился со своим космическим Римом, выбрал дорогу и пожинает успехи. Не стану повторять, почему Казахстан не стал и в обозримом будущем не станет элитной державой в мировом элитном клубе. Этот факт наконец-то зафиксирован документально в форме очередного продления срока аренды космодрома Байконур до 2050 года. Теперь ясно, что в стратегическом 2030 году процветание неэлиты отменяется, иначе зачем обществу всеобщего процветания <смертоносный объект> (см. выше), зачем <временные выгоды от аренды>? Я надеюсь, что если уж не наличествующие, то наверное предстоящие человекоговорящие обитатели того, что ныне называется <Казахстаном>, разберутся и с процветанием в 2030 году, и с пресловутой арендой до 2050 года, и умышленным разрушением природы и здоровья людей Байконуром, и с биоэтанолом вместо мяса и с другими химерами фазы обскурации, которая должна завершиться где-то до 2050 года одновременно с исчерпанием запасов нефти (Казахстанская правда, 12.03.08). Следовательно, больше нет необходимости напрягать начальственное космическое воображение, в том числе относительно видов на Байконур в 2020 году. Достаточно было бы угадать, что может быть, и что надо бы делать, хотя бы не далее предстоящих - тягостных по определению 2011-2013 годов. Для этого пришлось бы заняться объективной прагматикой: выбросить из планов всех присосавшихся (паразитирующих), не имеющих прямого отношения к функционированию этого транспортного предприятия, занятого доставкой грузов в космос или куда-нибудь еще; удалить из планов устаревшие и основанные на галлюцинациях и коррупционных ожиданиях работы и затраты; освободиться от собственных синекур, например, имитирующих экологическую деятельность, начать системный анализ эффектов ракетной деятельности и так далее. Это же элементарно, если, разумеется, будет позволено... Ничего методически особенного в этой задаче нет, главное для объективности - не решать ее <по понятиям>, как задачи борьбы с табакокурением и пенсионерами. Впрочем, иного сегодня и быть не может - традиция. Если за 8 лет Россия собирается создать на Дальнем Востоке самый продвинутый космодром, то старине Байконуру вполне подошла бы участь бывшего космодрома Капустин Яр, но без его ракетных упражнений, портящих жизнь людям, не сделавшим ничего плохого капустиноярским полководцам. На постбайконурских останках, кстати, можно учинить весьма разнообразный, прибыльный обычный и скорбный бизнес... А желающие живьем созерцать запуски в космос, могут ехать в тот же Иран, например. Такого добра на планете сколько угодно. А если говорить о масштабах и силе разрушительного (вкупе с авиацией) воздействия на биосферу, то уже (с начала запусков <Ариан-5>) - слишком много. Раз уж не получается с державно-космическим величием, можно объявить давно задуманную (<смертельные объекты>, см. выше) инициативу закрытия Байконура актом гуманизма и спасения биосферы и человечества, которому должны последовать другие страны, Иран, например, и, конечно, гептилозапускающие державы. Одно неясно: а вдруг в гептиле и амиле, во вредных присадках и ядовитых производных веществах спасение мира от еще более страшной опасности генетической модификации жизни на Земле. Как в пословице: <либо корове седло, либо свинье чепчик>, и иного выбора я не вижу. Конечно, космодром будет закрыт, не станет же серьезный ракетно-космический бизнес из альтруизма, сам для себя взращивать, а потом содержать конкурента, который, к тому же, игнорирует вредоносность воздействия чужих ракет на свою окружающую среду и население. Что касается Росавиакосмоса в ситуации закрытия Байконура, то я думаю, там уже знают, откуда будут запускать свои аварийные ракеты, и как будут рассчитываться за выбросы <киотских> и токсичных веществ в атмосферу и космос и за сброс токсичных веществ в океаны. В.А.Яковлев, 21.03.08, vajakov@mail.ru ************************************************************** * Бюллетень выпускается Союзом "За химическую Безопасность" * * (http://www.seu.ru/members/ucs) * * Редактор и издатель Лев А.Федоров. Бюллетени имеются на * * сайте: http://www.seu.ru/members/ucs/ucs-info * * *********************************** * * Адрес: 117292 Москва, ул.Профсоюзная, 8-2-83 * * Тел: (7-495)-129-05-96, E-mail: lefed@online.ru * ************************** Распространяется * * "UCS-PRESS" 2008 г. * по электронной почте * ************************************************************** =-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=