******************************************************************* * П Р О Б Л Е М Ы Х И М И Ч Е С К О Й Б Е З О П А С Н О С Т И * ******************************************************************* **** Х И М И Я * И * Ж И З Н Ь *************** ******************************************************************* ** Сообщение UCS-INFO.1780, 11 октября 2007 г. * ******************************************************************* Душевное здоровье ВЛАСТЬ И ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ НЕЛЮДЬ Это не лечится Карательная психиатрия снова ищет своих пациентов. И находит Есть такие люди - по их положению на разных отрезках времени можно судить о тенденциях и общем состоянии страны. Судите сами: в СССР подросток Андрей Новиков протестовал против комсомола, занимался самиздатом и, конечно же, схлопотал психиатрический диагноз, как, собственно и все остальные "активно инакомыслящие". В России перестроечной начиная с 1991 года статьи 23-летнего Андрея Новикова публиковала практически вся авторитетная в то время центральная пресса: "Литературная газета", "Известия", "Новый мир", "Юность", "Дружба народов", "Знамя"+ Телевидение и радио зазывали талантливого журналиста на свои передачи, а уже в 1994-м, представляя, говорили о нем не иначе, как о видном публицисте-политологе. В России сегодняшней независимый журналист Андрей Новиков снова - "сошел с ума". Восьмой месяц подряд его принудительно лечат в психиатрической больнице города Рыбинска Ярославской области. Идеи перестройки прошли для многих россиян, как легкий грипп, а вот опыт так просто не проходит, его, как известно, даже "не пропьешь". Советские психиатры его и не "пропили", и не растеряли, изменилось название страны, но не они. История с Ларисой Арап - чем не пример реанимации карательной психиатрии? Но в том, что Ларису Арап вызволят из "психушки", мало кто сомневался - на ее стороне были правозащитники и пресса. С журналистом Андреем Новиковым все гораздо сложнее - люди при упоминании его имени просто цепенеют. Я при этом вспоминаю год 1999-й. Так же отшатывались адвокаты, которым предлагали защищать двух выходцев из Чечни, предъявленных миру в качестве террористов, взорвавших дома на московских улицах - Каширке и Гурьянова. Их показывали по всем теленовостям, и масштаб обвинения, ужас содеянного ввергал адвокатов в ступор - защищать "террористов" они не хотели и не могли! А позже выяснилось: подозреваемые ни в чем не виновны, к гибели людей - непричастны. Так теперь и с Андреем: "Он, - говорили мне, - предлагал бомбить города России. Даже свой родной город Рыбинск!" В самом деле - не по себе становится. Журналист Андрей Новиков предлагал бомбить город Рыбинск? Кому? Ответ в письме, переданном "больным" из психушки через друзей в Рыбинский городской суд судье Солнцеву: "Ваша честь! Я считаю, что я просто пользовался свободой слова - как политолог, писатель - для высказывания моей точки зрения. Резкость входит в часть моей профессии. За что же меня судят? За реальный физический экстремизм, отдачу приказов и призывы, обращенные к реальным людям, или просто за мою резкую позицию? За публицистику? Приведу пример из прессы. Так, в марте 2000 года газета "Комсомольская правда" опубликовала мое открытое письмо президенту США Клинтону - "Разбомбите русские войска!". И все понимали, что это просто резкая, экстравагантная позиция, хотя по форме - это призыв!..". Пафос публицистики в императивной форме, специальное абсурдирование темы для того, чтобы суть положения вещей была представлена объемнее, ярче, - в такой стилистике работали в 90-х многие ведущие журналисты страны. Достаточно взглянуть на заголовки влиятельных в то время изданий: по сегодняшней логике это просто массовый и бесконечный экстремистский призыв. И всего-то семь лет прошло с 2000 года, говорят, что это - критический срок для супружеского брака. Но для страны? Письмо в редакцию "Новой" пришло от Владимира Андреевича Новикова: "Вам пишет отец члена Союза журналистов Москвы и Союза писателей России Андрея Новикова, 1966 года рождения, уроженца города Рыбинск. За статьи в жанре эссе, написанные на грани литературного гротеска и эпатажа, размещенные (по утверждению следствия) в сети интернет, против него было возбуждено уголовное дело по статье 280 часть 1 УК РФ "Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности". Тексты взяты с личного компьютера Андрея Новикова, они не опубликованы, - говорит ярославский адвокат Владимир Носков. - Он - талантливый человек, резкий, дерзкий. Но никакой общественной опасности не представляет, просто высказывал свою точку зрения... Умысла никакого у него не было... Но когда дело связано с психиатрией - вытаскивать и что-то доказывать очень тяжело. 6 декабря 2006 года журналиста доставили на судебно-психиатрическую экспертизу в Ярославскую областную клиническую психиатрическую больницу. В распоряжении редакции есть копия акта этой экспертизы, процитирую пока только один абзац: "...Сознание не нарушено, ориентирован в местонахождении и календарном времени верно. Правильно называет свои паспортные данные, но подписывает медицинскую документацию "Аллах акбар"...". Аргумент, конечно, но в дословном переводе это означает только то, что "Бог велик". Я уточняю потому, что подозреваю: подписавшие акт психиатры этого не знают до сих пор и, возможно, считают эти слова экстремистским призывом. Но Андрей Новиков всю жизнь так эпатировал публику - и в текстах, и в жизни. В годы, когда у власти был Генеральный секретарь ЦК КПСС, он подписывался "гениальный секретарь". В эпоху президента России, когда по Москве ходила знаменитая статья Андрея Новикова "Гений русской смуты" о Ельцине и кто-то пошутил, что он, автор, и сам гений русской смуты, - стал раздавать свои визитные карточки, на которых были написаны эти слова. И всю жизнь призывал, но только не к экстремистской, а к "экспериментальной мыслительной деятельности". Я почерпнула эти сведения из электронного архива одного московского журнала, боюсь уже даже и сказать какого. Журнал в свободном доступе в интернете. Там вместе со списком публикаций Новикова есть биография, читать которую просто забавно... Меня с детства обвиняют в том, что я витаю в облаках, - говорит сам Андрей Новиков. А я на самом деле стою во весь рост. В Ярославле в палате с сыном проходили экспертизу бандиты, убийцы, насильники. Ну как же, они же "патриоты", а он в то время увлекся мусульманской религией, говорил "Аллах акбар", с бородой ходил, - рассказывает отец журналиста. - Он с детства так: если чем увлечется, так никаких компромиссов не знает, он исключительно честный человек. Потом сам отходит от этих идей, но в момент, когда так думает, так себя и ведет. Над ним измывались в Ярославской больнице: поджигали бороду, не давали спать, а в новогоднюю ночь избили страшно, пытались изнасиловать... Там под стражей сын провел 43 дня... Когда он вернулся домой в Рыбинск из Ярославля, был похож на робота. Или мумию. Сказал: "У меня лекарства из ушей лезут!". Вот как они его пичкали, - рассказывает мать Андрея Галина Новикова. Такая была экспертиза, результатом которой явился акт с круглой печатью, тремя подписями: "Заярная, Орлова, Бородин" и заключением, похожим на приговор: "Новиков А.В. представляет социальную опасность для общества и нуждается в принудительном лечении в психиатрическом стационаре общего типа...". Дальше события развивались, по словам отца, так: в Ярославле ему было сказано, что сына не отпустят, а перевезут в Рыбинскую психиатрическую больницу. Сильно расстроенный, он вернулся, вошел в квартиру Андрея - там все было разбросано после обыска: следователи изъяли системный блок домашнего компьютера, рукописи. Он решил сделать ремонт, посдирал обои, собрал все, что валялось на полу, и выбросил как мусор. Вот в этом, - говорит он, - моя ошибка была. Я недооценил, думал, писанины много у него, всяких бумажек. И вдруг неожиданно 19 января Андрей появляется дома, его местная больница отпустила до суда. В таком стрессе пришел, заторможенный, а тут я добавил - ну ремонт есть ремонт... Когда стал отходить от лекарств, обнаружил пропажу своих статей. Которые были у него, оказывается, в единственном экземпляре. Выбросил я, такую глупость сделал. Он начал на меня набрасываться, в такой ярости я еще его не видел никогда. Ну после галоперидола и всех этих истязаний, конечно же, тяжелое у него было состояние. Я искренне испугался, он и так под следствием, вдруг натворит что-то такое... А что он мог сделать? Кто знает? Что угодно мог сделать человек, после того что он вынес. Я обратился в милицию. Зачем? Ну чтобы приструнили его немного, поговорили с ним. Чтобы он успокоился. Но вместо милиции пришла "скорая помощь". Его госпитализировали 14 февраля, и с того дня он ни разу уже не вышел из больницы... Даже суд проходил без него! И состоялся он только 4 мая 2007 года. Это был формальный суд, который просто утвердил решение психиатрической экспертизы. Отсчет же времени принудительного лечения ведется только с момента постановления суда, и, как мне все инстанции отвечают на письма, это - минимум шесть месяцев. Только по истечении этого срока может собраться новая комиссия. А те 43 дня в Ярославле, что его кололи, и эти три месяца уже в больнице местной не засчитываются... Я пенсионер, денег на независимую экспертизу у меня нет. Редакция "Новой газеты" обратилась к президенту Независимой психиатрической ассоциации Юрию Сергеевичу САВЕНКО с письменной просьбой освидетельствовать Андрея Новикова. Вернувшись из Рыбинска, он сообщил, что провел там консилиум и вместе с коллегами пришел к выводу о том, что Андрей Новиков абсолютно адекватен, в лечении не нуждается. Независимый психиатр, в частности, сказал: Тексты Новикова, которые послужили, судя по всему, ФСБ для возбуждения дела, очень интересны. Несмотря на их кажущуюся остроту и, может быть, даже оскорбительную манеру, я бы на месте спецслужб был автору благодарен. Это - парадоксальная аналитика, всевозможные сценарии развития политических событий, увиденные неординарным человеком. Не спецслужбист и не психиатр должны давать оценку журналистским статьям. Там была проведена текстовая экспертиза приглашенным из Ярославля ученым, но он провел ее явно непрофессионально. Я считаю, что обвинение Новикова в экстремизме носит совершенно надуманный характер. Как когда-то статья "за клевету на советскую власть", так и сейчас закон об экстремизме приводит в соприкосновение с психиатрией большой процент несогласных, неудобных людей. Понятие социальной опасности настолько широко, что трактовать его можно по-разному. Случай с журналистом Новиковым в этом смысле - прецедентный... Его теперь отпустят? До суда это сделать крайне сложно, ему осталось еще полтора месяца. Он, конечно, очень устал, в палате вместе с ним находятся 15 человек... Общая позиция врачей - представить на суд, когда он состоится, заключение о том, что Андрей в стационаре не нуждается... Неужели ничего нельзя сделать для того, чтобы суд состоялся раньше? Практически невозможно. ...Я думаю о том, что тюрьма - гуманнее. Если выяснится и будет доказано, что отбывающий наказание человек невиновен,- его выпустят. А если не болен - продолжают "лечить", психиатрия - универсальный инструмент для расправы над неугодными... Андрей Новиков просто попал внутрь безупречного, классического исполнения самых позорных приемов таких репрессий. С прессой, обгоняющей суд: именно так все и было, в советские годы жертву клеймили и травили поначалу газеты типа "Правды". А здесь некто, спрятавшись за псевдоним Мефодий Скуратов, публикует в январе (напомню, что суд состоялся в мае) в ярославской областной газете "Золотое кольцо" такие вот строки о Новикове: "Такого рода самовосприятие характерно для самой глубокой стадии параноидной шизофрении, именуемой специалистами парафренным синдромом... Не надо быть ни пророком, ни специалистом по человеческой психике, чтобы предположить с известной долей уверенности, что автору этих бредовых творений грозит не штраф в сумме трехсот тысяч рублей, не арест до шести месяцев и не лишение свободы до трех лет, а принудительное лечение в Рыбинской психиатрической больнице вплоть до того момента, когда он перестанет представлять общественную опасность". Так и представляется поза официанта, сверкающего белоснежными манжетами. Он не всех обслуживает, а только высокопоставленную элиту, не говорит: "Чего изволите?", а спрашивает: "Кого будете заказывать?". Было время независимой журналистики - газета "Золотое кольцо" перепечатывала из московской прессы статьи набирающего славу земляка, представляя его "восходящей звездой российской журналистики"... Пришло другое время - ничего личного... просто заказ. Г.Мурсалиева, "Новая газета", 27 cентября 2007 г http://www.novayagazeta.ru/data/2007/74/14.html Длинные рукава государства Юрий Савенко: Психиатрию в политических целях использует власть, а не психиатры Независимый журналист Андрей Новиков восьмой месяц находится на принудительном лечении в психиатрической больнице города Рыбинска Ярославской области. (Подробности - в публикации "Это не лечится. Карательная психиатрия снова ищет своих пациентов. И находит", "Новая газета" N 74 за 2007 год.) Напомню: за помощью редакция "Новой газеты" обратилась к президенту Независимой психиатрической ассоциации России Юрию Сергеевичу САВЕНКО с просьбой освидетельствовать Андрея Новикова. Он провел в Рыбинске консилиум, но, вернувшись, не мог уделить достаточного времени для разъяснений всех обстоятельств, так как в тот же день должен был улетать на Первый конгресс восточноевропейских психиатров. Мы поговорили с ним накоротке, по телефону, и условились, что по его возвращении подробно обсудим ситуацию с психиатрией, которую вновь пытаются использовать в политических целях. Так как мы давно знакомы с Юрием Сергеевичем, он разрешил опубликовать сказанное по телефону, не требуя специальной визы. Но после публикации, вернувшись в Москву, сообщил: "Изложение моего комментария по поводу принудительного лечения члена Союза журналистов и члена Союза писателей РФ Андрея Новикова в вашей газете отражает глубину антипсихиатрических настроений в обществе. Психиатры не ставили Андрею Новикову какого-то нового диагноза. Диагноз, и вполне адекватный, был у него давно, с подросткового возраста." Но, Юрий Сергеевич, обратите внимание, что диагноз был ему поставлен в советские годы, принесшие позорную известность карательной психиатрии. А в годы перестройки Новиков был снят с диспансерного учета. Было бы неправильным отождествлять "карательную психиатрию" с "советской психиатрией". Нельзя также отождествлять "снятие с учета" и "снятие диагноза". С 1993 года "психиатрический учет" вообще не существует. Андрей Новиков страдал таким расстройством? Нет, Новиков таким расстройством не страдал, поэтому и был "снят с учета". У него был диагноз не болезни, а особенностей личности, но настолько выраженных, что в соответствии с гуманной и научно выверенной традицией это приравнивается к болезни. Неслучайно у него была даже группа инвалидности. Поскольку в таких случаях речь идет не о болезни, то неадекватно говорить и о лечении. "Расстройства личности" не лечатся, а только корректируются в периоды заострения и декомпенсации. Проблема как раз в том, что и декомпенсации у Андрея Новикова на момент возбуждения уголовного дела не было. Она у него возникла в результате возбуждения уголовного дела и 43-дневного содержания на стационарной судебно-психиатрической экспертизе в палате, где над ним жестоко издевались бывшие уголовники. Между тем это было предсказуемо, и в его случае вполне можно было обойтись амбулаторной экспертизой. Но он не попал бы и на экспертизу, не будь грубо расширительной трактовки "опасности" в понятиях "экстремизм" (2002 г.) и особенно "профилактика терроризма" (2006 г.) в нашем законодательстве. Ни в одной демократической стране не судят за идеи, тем более высказанные в интернете на своем сайте, и уж подавно находящиеся в личном компьютере, как в случае А. Новикова. Но такие формулировки закона, как "пропаганда и распространение идей терроризма" и "профилактика терроризма" (пп. 2 "е" и 4 "а" ст. 3 Федерального закона "О противодействии терроризму"), в силу отсутствия границ и градаций автоматически ведут к широкомасштабному злоупотреблению психиатрией, как в свое время и статья "За клевету на советскую власть". Власть сама порождает оппозиционеров и тем активнее, чем грубее и прямолинейнее она действует. В случае Андрея Новикова его талантливые тексты были прочтены буквально, одномерно, примитивно, варварски людьми, лишенными художественного вкуса или напрочь его игнорирующими. Такие громят художественные выставки и подают иск на Библию. Такие запрещали "Дьяволиаду" и "Собачье сердце". Перед нами характерный пример использования психиатрии в политических целях, так как объективное судебное разбирательство, по крайней мере в конечном счете, не нашло бы состава преступления в предъявленных Андрею Новикову обвинениях. Но наличие давнишнего психиатрического диагноза просто позволило решить дело наиболее удобным образом. Это показательный пример крайне уязвимого положения людей неординарных, эпатажных, с "расстройствами личности", попадающих к психиатрам в силу расширительной трактовки понятия "опасности" и ставящих психиатров в положение "козлов отпущения". Почему психиатры так послушны? Почему они не спорят? Почему не говорят: "Нет, в данном случае, вполне достаточно не стационарной, а амбулаторной экспертизы. Нет, этот человек в принудительном лечении не нуждается"? На самом деле психиатры просто презентируют население, но в силу их особой профессии, имеющей дело с самым тонким и деликатным в медицине объектом - душой человека, на них всего виднее происшедшие со всеми перемены. Пожалуй, это самое мрачное в нынешнем пейзаже: очередное массовое оносороживание. Сама общественная атмосфера - питательная среда для этого. Этим и определяется порядок приоритетов. Роль служащего своего медицинского учреждения перевешивает Гиппократовы заповеди. Но за этим, конечно, еще и грубое администрирование по выстроенной вертикали. Я пока не вижу никаких особых противоречий в том, что вы говорите теперь, и в том, что было опубликовано в нашей газете как ваш комментарий. В собственно профессиональном плане важно подчеркнуть, что никаких диагностических и терапевтических расхождений у меня с психиатрами Ярославля и Рыбинска в отношении Андрея Новикова не было. Поэтому неполное изложение моего комментария в вашей газете без сделанных выше разъяснений рискует только повредить ему. То есть как это - не было расхождений? Разве вы тоже считаете, что Андрей Новиков социально опасен и нуждается в принудительном лечении? Не только я, никто из коллег из Ярославля и Рыбинска - участников консилиума - так не считает. Но мы - заложники системы с ее инструкциями и стереотипами. Смысловой эпицентр этой истории - автоматически начинающийся и неизбежный вал таких дел в ближайшем будущем, если не будут срочно и четко оговорены критерии опасности, в частности психопатологические. Какие нужно принять правила в профессиональном сообществе для того, чтобы не вернуться к карательной психиатрии? В устах психиатра "социальная опасность" охватывает только его профессиональный, то есть психопатологический аспект. Все определяет конкретный клинический контекст, который позволяет говорить не просто о риске опасности, но и о рисках агрессивности, суицидальности, виктимности (стать жертвой)... Причем говорить достаточно дифференцированно, с разными вероятностями. Самые важные характеристики опасности зафиксированы в законе о психиатрической помощи. В нем выделены три типа и одновременно градации опасности: непосредственная опасность для себя и окружающих; полная беспомощность; существенный вред здоровью без оказания психиатрической помощи. Но на деле "социальная опасность" этим далеко не исчерпывается: когда, например, уголовное дело разваливается, традиционный у нас обвинительный уклон за неимением весомых доказательств пытается выжать максимум из ссылок на психические расстройства. В течение пяти лет, с 1998 по 2003 год, Государственный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского инициировал три попытки провести через Госдуму изменения и дополнения в закон о психиатрической помощи, которые существенно сокращали его демократические завоевания 1992 года. В частности, пытались снять в понятии "непосредственная опасность" определение "непосредственная", что делало границы опасности резиновыми. Но и после того, как удалось не допустить этих изменений, 29-я статья закона о психиатрической помощи толкуется так, словно эти изменения внесены. Непосредственной опасностью стали называть громко заявляемые претензии, как в случае Ларисы Арап, назойливые приставания, как в случае Елены Поповой, и, наконец, эпатажные тексты в личном компьютере, как в случае Андрея Новикова. Опасностью стали называть участие в акциях протеста, голодовки протеста, реакции протеста против неожиданно и грубо используемых недобровольных мер, т.е. провоцируя сопротивление, и т.д. и т.п. Уже появилось сообщение о приглашении в ПНД за письмо президенту, как встарь, когда самым простым способом попасть в психиатрическую больницу было послать телеграмму Брежневу. Безопасность, и прежде всего госбезопасность, уже превратились в идею фикс: "информационная безопасность", "психологическая безопасность", "духовная безопасность"! Это прямое следствие полного монополизма и огосударствления судебной психиатрии, несвоевременного выделения ее в особую, чисто государственную профессию. Такого не было даже при советской власти. Г.Мурсалиева, "Новая газета", 11 октября 2007 г http://www.novayagazeta.ru/data/2007/78/22.html ************************************************************** * Бюллетень выпускается Союзом "За химическую Безопасность" * * (http://www.seu.ru/members/ucs) * * Редактор и издатель Лев А.Федоров. Бюллетени имеются на * * сайте: http://www.seu.ru/members/ucs/ucs-info * * *********************************** * * Адрес: 117292 Москва, ул.Профсоюзная, 8-2-83 * * Тел: (7-495)-129-05-96, E-mail: lefed@online.ru * ************************** Распространяется * * "UCS-PRESS" 2007 г. * по электронной почте * ************************************************************** =-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=