******************************************************************* * П Р О Б Л Е М Ы Х И М И Ч Е С К О Й Б Е З О П А С Н О С Т И * ******************************************************************* **** Х И М И Я * И * Ж И З Н Ь *************** ******************************************************************* ** Сообщение UCS-INFO.1529, 6 июля 2006 г. * ******************************************************************* Боль Чернобыля ПОРТРЕТ РОССИИ НА ФОНЕ ЧЕРНОБЫЛЯ - 2 И вновь сто лет одиночества? (Всё ещё существует возможность доказательно установить причинную связь заболеваний детей с Чернобыльской аварией - необходима воля причинителя вреда - государства). Фитин А.Ф., кандидат биологических наук. В чём абсолютно правы <наши>, так это в том, что заболеваемость граждан, подвергшихся сверхнормативному радиационному воздействию, связана не только с этим воздействием, как таковым. Действительно, анализ структуры заболеваемости показывает достаточно высокий вклад психогенного воздействия последствий катастрофы. Но, это не радиофобия (боязнь радиации) которую <наши> предлагают в качестве причин психопатий, а неизбежные последствия очевидного вранья должностных лиц; последствия преднамеренного сокрытия или искажения ими информации, как о радиационном загрязнении окружающей среды, так и о медицинских последствиях этого загрязнения; последствия, как вопиющего бездействия должностных лиц, так и бестолковых и зачастую вредных действий. В качестве примера последнего можно привести запоздалое введение детям высоких доз препаратов йода - высокотоксичного вещества, что также внесло свой вклад в заболеваемость. Единственными носителями информации о клинике и патогенезе воздействия радиоактивного йода на момент аварии были профпатологи, которые с такой уверенностью и с таким знанием излагают ныне точку зрения <наших> на медицинские последствия аварии (См. беседа корреспондента Е.Субботиной с профпатологом А.Гуськовой: <Медико-биологические последствия Чернобыльской аварии> Зелёный Мир No 7-8, 2006 г. стр.18-19.). Но если они так хорошо всё знали (в СССР было 149 радиационных аварий), то, спрашивается, почему допустили столь грубые ошибки (не ввели, хотя бы детям, препараты стабильного йода сразу после аварии, а ввели большие дозы йода, когда этого делать было нельзя)? В связи с этим интервью, носящим явно политический характер, возникает целый ряд вопросов. Если госпожа А.Гуськова считает себя одним из редких профессионалов в радиационной медицине, то, спрашивается, каким образом от её внимания скрылись <3600 солдатиков, работавших на крыше и получивших серьёзные дозы>? Как может профессионал сначала с высокой точностью назвать число пострадавших от аварии, а, немного спустя, после напоминания корреспондента о неучтённой группе высокого риска величиной в 3600 солдатиков, сетовать на то, что те <разъехались, кто куда, мы об их судьбах знаем мало>. Неужели не ясно, что статистика без знания судьбы этих солдатиков никуда не годится. Но если профессионал забыл о 3600 солдатиках, то кто даст гарантию, что он ещё многих не забыл? Неужели профессионал, зная, что в стране на тот момент было мало профессионалов в этой области (которые, кроме всего прочего, были сотрудниками одной организации) забудет об этих 3600 солдатиках, заранее зная, что им никто кроме небольшой группы профессионалов оказать качественной медицинской помощи не мог? Почему госпожа А. Гуськова вдруг вспомнила об этих солдатиках только спустя 20 лет? А, вот на этот вопрос, пожалуй, смогу ответить самостоятельно. Недавно присутствовал на <Конференции с международным участием <Здоровье детей и радиация: 20 лет аварии на Чернобыльской АЭС> г.Москва 18-19 апреля 2006 года>. Рефреном практически каждого выступления были сетования на то, что государство сворачивает и научные и научно- практические и практические работы по медицинским аспектам Чернобыльской аварии. Да, это действительно так, государство посчитало, что этой проблемы медицинских последствий Чернобыльской аварии не существует. На мой вопрос ведущему заседание - <Скольким детям, подвергшимся сверхнормативному воздействию радиации в результате Чернобыльской аварии был за 20 прошедших лет выставлен этиологически полноценный диагноз, находящийся в причинной связи с радиационным воздействием?> - был ответ: <Такие диагнозы были выставлены 150 детям> (!!!???). То есть, действительно, если опираться на эти цифры, то выходит, что медицинские последствия Чернобыльской аварии относительно невелики и вряд ли ими необходимо заниматься. Однако в каждом докладе на этой же конференции звучало, что дети, подвергшиеся сверхнормативной экспозиции радиации и даже дети тех, кто подвергся сверхнормативной экспозиции радиации, страдают массой серьёзных заболеваний. Каким образом в голове каждого из докладчиков уживаются две взаимоисключающие точки зрения - понять невозможно. С одной стороны именно деятельность докладчиков, выполнявших функции экспертов доказала государству ничтожность проблемы медицинских последствий аварии, а с другой стороны, те же самые докладчики больше всех возмущались прекращением финансирования этой проблемы. Всё встанет на свои места, если вспомнить о разделении на <наших> и <не наших>. На протяжении 20 лет <наши> финансировали и финансировали неплохо созданные ими структуры, которые призваны были доказать (и, таки <доказали>!!!) несущественность и немасштабность проблемы медицинских последствий аварии в отношении детей. Государство при этом поступило логично. Раз нет проблемы, значит, нет и финансирования. Как говориться <по вере и мощи>. Но <наши> врачи и <наши> учёные, привыкшие за 20 лет к хорошему финансированию, вдруг поняли, что они лишаются работы. И вот здесь, чувство самосохранения, победив верноподданические чувства, заставило их говорить правду о реальном количестве заболеваний детей и солдатиков. Но, увы, сейчас идти на попятную, уже поздно. Если ты 20 лет утверждал, что проблемы нет, то кто тебе поверит, что она вдруг возникла. Если ты на протяжении 20 лет выполнял заказ и решал обратную задачу (обязательно <доказать> что эти заболевания никак не связаны со сверхнормативной экспозицией радиационным фактором), то по прошествии такого длительного спектакля с твоим участием, ты вряд ли останешься (станешь) профессионалом. Я думаю, что вдруг вспомненные профпатологом А. Гуськовой, 20 лет спустя <3600 солдатиков, работавших на крыше и получивших серьёзные дозы> - это всё из той же серии борьбы между самосохранением и верноподданичеством. В другом своём интервью (<Лучевое поражение>, газета Трибуна, четверг, 4 мая, 2006 г.) А.Гуськова сетует: <Все оборудование и приборы, которые мы получили во время Чернобыля, в том числе и от международных организаций, у нас потихоньку отобрали>. Всё правильно! Вы и иже с Вами Ангелина Константиновна <доказали> государству ничтожность проблемы медицинских последствий аварии и государство поступает правильно, ликвидируя ненужные структуры, которые выполнили свою <задачу>. У государства теперь появилось много специалистов по PR и в услугах непрофессиональных пиарщиков, которые к тому же слишком много знают, государство больше не нуждается. Вдруг Вы <вспомните> кроме солдатиков ещё кого-нибудь из неучтённых пострадавших. Чего стоит только Ваша цитата группы безымянных экспертов, в которую входите и Вы: <Следует подчеркнуть, что хотя дети, кому в момент аварии было менее пяти лет, и ликвидаторы испытывают повышенный риск последствий, вызванных излучением, они не получили радиационного облучения, которое должно было бы вызвать беспокойство. В ещё большей степени это относится к большинству населения, включая тех, кто проживает на загрязнённых территориях...>. Для меня это звучит так: <вот мы, эксперты, которые не предприняли должных профессиональных попыток к установлению причинно-следственных связей массовых хронических заболеваний детей и ликвидаторов, пришли к выводу, что такой связи не существует, а, следовательно, не существует и проблемы медицинских последствий аварии>. Да, время для многих реально пострадавших от аварии, упущено, но вплоть до настоящего времени существует возможность полноценной реализации конституционных прав пострадавших граждан на благоприятную окружающую среду, на охрану здоровья и жизнь и в конечном итоге на правосудие. Для этого необходимо провести исследование этой проблемы, исключив из него тех многочисленных представителей <наших> которые не исполнили предписанного им Законом профессионального долга, который они обязаны были исполнить на средства налогоплательщиков, в том числе и пострадавших от Чернобыльской аварии. Из этого исследования должны быть исключены <специалисты> и <эксперты> рождённые Приказами Минздрава, ограничивающими перечень радиационно обусловленных патологий узким перечнем онкологических заболевания. Вряд ли, уважающий себя профессионал, действительно сведущий в радиационной медицине ограниничил бы себя этим перечнем патологий, навязанным сверху безграмотным и безнравственным чиновником. Только системное и специализированное обследование представительных выборок пострадавших, в условиях стационара, даст возможность получить доказательную базу относительно причин выявленных заболеваний. И решать относится ли то или иное заболевание к радиационно обусловленному или нет, должен решать не чиновник, облечённый властью, не Приказ Минздрава, и не экспертный совет своим голосованием, а суд, на основании заключений независимых экспертов. Современные технологии доказательной медицины дают возможность достоверно выставлять полноценный диагноз с указанием причины хронического заболевания даже спустя много лет после патогенного воздействия. А в настоящее время необходимо существенно расширить перечень детей, чьи заболевания находятся в причинной связи со сверхнормативной экспозицией факторами радиационной природы, и обеспечить им адекватные компенсации. Сделать это следует Указом Президента или Постановлением Правительства. Адекватные компенсации должны получить все дети 3, 4 и 5 групп здоровья, имеющие отношение к зоне сверхнормативной экспозиции радиацией. Да, не смогли (да и не пытались) <наши> установить причинно-следственные связи заболеваемости детей с радиацией, но ведь сверхнормативное воздействие было (этот факт неопровержим). Это не вина, а беда пострадавших, что причинитель вреда, обладая всеми необходимыми на то силами и средствами, так таки и не смог установить причинные связи. Приоритет права в случае какой-либо неопределённости, должен быть на стороне пострадавших, а не на стороне причинителя вреда. Небогатая природными ресурсами Украина смогла найти средства на признание пострадавшими от аварии всех детей 4 и 5 групп здоровья, имеющих отношение к сверхнормативной экспозиции радиацией. Неужели у <наших>, захлёбывающихся от нефтедолларов не хватит средств, чтобы хотя бы частично восстановить справедливость? Я понимаю, что, по сути дармовые нефтедоллары, уже давно поделены (где бы они не хранились) и <наши> воспринимают их как свою собственность. Однако, господа-товарищи, полковники и генералы, не надо позорить себя перед всем миром, надо делиться. Подскажу даже где можно сэкономить. Недавно смотрел очередную передачу по Чернобылю, в которой знающий проблему специалист возмущался громадным числом ликвидаторов - более 600 000 человек. Я лично знаю нескольких <ликвидаторов>, которые удостоились этого звания только за то, что в 1986 году по несколько раз звонили в Зону. Такие <ликвидаторы>, чаще всего сидящие у кормушки получают компенсации по полной программе, в отличие от настоящих ликвидаторов, которые куда-то исчезли от внимания и <наших> врачей и <нашей> власти и которые получают свои <гробовые> и мытарятся по судам. Я помню свою беседу с должностным лицом на уровне замминистра, который сетовал на то, что ежегодно перечисляемые им средства на Алтай, пострадавшим от взрывов на Семипалатинском полигоне в основном получаются чиновникам всех уровней. Выходит, что именно чиновники более всего страдают от радиации? Если это так, то может быть нам следует увеличить ввоз в страну ядерных отходов? Я понимаю, что эти средства (компенсации) тоже в основном предназначены не для пострадавших реальных ликвидаторов, которые как те, упомянутые выше 3600 солдатиков, куда то исчезли, а для кормления <наших>. Однако в данном случае не следует играть с огнём и необходимо отдать то, что вам не принадлежит. Существует ещё один источник выплаты пострадавшим гражданам компенсаций. Одним из классических способов приватизации средств <нашими> являются внешние заимствования под проценты. Эти средства распределяются среди <наших> бизнесменов. По прошествии некоторого времени эти средства не возвращаются в бюджет и государство отдаёт долги из бюджета. Кто и когда будет разбираться на что, кому, когда и какие выделены средства - никто не знает. Вместо опубликования ежегодных подробных отчётов с указанием того, на что потрачены средства, и какая, кем получена прибыль - тишина. Власть обязана внятно ответить на вопросы, касающиеся громадных долгов страны. Во что были вложены заёмные средства? Кто сейчас получает прибыль с этих вложений? Когда вновь и вновь возникают вопросы, касающиеся пропажи кредитов Международного валютного фонда власть выставляет вперёд господина С. Степашина, который скороговоркой сообщает что якобы всё с траншами в порядке. Ну, нельзя скороговоркой о столь громадных суммах, необходимо скрупулёзно и по всему списку, иначе это выглядит профанацией. Одна из основных совместных функций Прокуратуры, Минфина и Счётной палаты заключается в доказательном установлении причинно-следственных связей между исчезновением финансовых средств в одном месте (бюджет, транш) и присовокуплением их в других местах - на счетах <наших> чиновников или на счетах их ближайших родственников. У меня же складывается впечатление, что эти три ведомства выполняют обратную задачу - они стараются скрыть информацию о движении финансовых средств, и тем самым исключить решение прямой задачи, списав всё на несовершенство взаимодействия. А их совместную функцию на себя берут правоохранительные органы демократических стран. Так было и с ПалПалычем Бородиным, так случилось и с господином Е. Адамовым. Даже в подобных ярких случаях приватизации государственных средств и средств международной помощи эта троица ведомств пытается противодействовать правосудию. Меня удивляет количество долгов, которые умудрились взять <наши> за время правления Бориса Николаевича Ельцина. Я знаю точно, что я этих долгов не делал и не получал с них ничего. Если опросить <не наших> граждан всей страны, то я уверен, что они также ничего с этих средств не получали. Так почему же власти не продемонстрировать гражданам, куда же ушли эти немалые средства? И заодно объяснить нам, почему мы должны отдавать эти долги, если нам даже не объяснили, кто и как ими воспользовался. Вместо того, чтобы сделать прозрачным движение заёмных средств нам долгое время морочили головы <золотом партии>, выделяя средства на <художественное осмысление этой проблемы>, забыв при этом предъявить доказательную базу. Кроме того, необходимо срочно пересмотреть критерии инвалидности в отношении детей. В настоящее время эти критерии устарели. Если нет руки или ноги - то инвалид. А если у ребёнка, проживающего в условиях сверхнормативно загрязнённой окружающей среды наблюдаются явные нарушения нервно-психического статуса, которые проявляются в снижении IQ, памяти, обучаемости, моторики, слуха, зрения, темпов роста и развития ребенка, ухудшении нервной проводимости, нарушения поведения (гиперактивность, дефицит внимания), то это разве не утрата трудоспособности? В результате, как правило, длительного сверхнормативного патогенного воздействия ребёнок начинает отставать в учёбе, теряет к ней интерес, то есть существенно падает его трудоспособность. И, пусть ребёнку всего 6-7 лет, но утрата трудоспособности налицо, разве не должен причинитель вреда выплачивать ребёнку адекватные компенсации по утрате или снижению трудоспособности? Очевидно, что недоучившийся ребёнок будет нести значительные материальные убытки на протяжении всей жизни. Все эти вопросы требуют немедленных и конкретных ответов. Приступив к написанию этой статьи, я, для простоты изложения, ввел понятие <наши> и <не наши>. Оказалось, что именно в этих координатах находит своё простое объяснение практически всё поведение власти, как прошлой, так и настоящей. Просто так случилось, что Чернобыльская проблема оказалась тем краеугольным камнем, в гранях которого проблема <наших> и <не наших> отразилась наиболее ярко и рельефно. Смотрите, казалось бы, что мы живём совсем в иной стране, где изменилось с момента аварии буквально всё. Однако это не так, это только нам кажется, что изменилось всё. На самом деле не изменилось главное - отношение власти и человека, отношения <наших> и <не наших>. Я хотел ограничиться профессиональным рассмотрением проблемы медицинских последствий Чернобыльской аварии и не хотел касаться политики. Однако после профессионального рассмотрения проблемы, оказалось, что ответы на возникшие вопросы лежат в области политической. Власть (сказать наша, не поворачивается язык), похожа на того рабочего секретного предприятия, который из сворованных на родном заводе деталей делает многократные попытки соорудить необходимую в хозяйстве швейную машинку, но с завидным постоянством всегда, <неизвестно почему>, сооружает пулемёт. Но в данном случае известно почему. Длинные уши настоящего авторитаризма и маячущего впереди очередного тоталитаризма скрыть очень трудно даже за завесой <демократической> риторики, обрушивающейся на нас - обывателей, с большинства экранов и газет. Все признаки авторитарного государства налицо: - концентрирование богатства и экономической активности в нескольких центрах, и у нескольких <наших> семей, сопровождающееся экономическим прозябанием, и влачением жалкого существования на обширных просторах страны; - чудовищный разрыв не только в доходах и в богатстве, но и в зарплате. Неужели чиновник и работник охранки в десятки раз приносят больше пользы обществу, чем учитель, врач или учёный? - отсутствие свободной прессы (<самоцензура> сейчас такова, что большинство приходит со своей, уже намыленной верёвкой); - отсутствие оппозиции. Не терпится не только политическая оппозиция, но и любая иная. Вместо реальных Зелёных, которые жёстко и реально отстаивали права граждан на благоприятную окружающую среду, созданы <наши> Зелёные, которые за счёт средств государства и разрешённых басурманских средств занимаются исключительно пиаром себя и государства. Реальные же Правозащитные организации подвергаются обструкции с запретом их финансирования басурманами. Шпиономания набирает свои обороты. Ещё более красочно о том, что мы живём в авторитарном государстве, свидетельствуют основные итоги авторитарного способа правления: - неимоверно высокий уровень всех видов смертности граждан - общей, перинатальной, младенческой, детской (это в первую очередь свидетельствует о примитивном уровне системы здравоохранения и об отсутствии сколь-нибудь действенной системы охраны окружающей среды); - низкий уровень рождаемости (большая часть граждан абсолютно не уверена в своём будущем и в будущем своих детей); - высокие уровни заболеваемости граждан всех возрастных категорий; - громадное количество беспризорников и бездомных. При этом необходимо отметить, что высокий уровень смертности и заболеваемости характерен только для <не наших>, то есть только для народа. <Наши> по статистике и живут дольше и болеют меньше. В этом, по-видимому, и заключается узко национальная идея <наших> - избавиться естественным путём от неправильного народа, живущего неправедной жизнью. А отчего им умирать и болеть. Они оккупировали самые лучшие в экологическом плане территории, у них своя отдельная и хорошо укомплектованная и оборудованная медицина, у них абсолютно безопасный бизнес, построенный на дармовые средства. Даже если кого-то из них необходимо бывает <замочить>, то <мочат> условно. Дети, завороженные блестящим бредом и лёгкостью жизни <социальной накипи>, проповедуемых дённо и нощно, захваченными <нашими>, средствами массовой информации, и не имеющие возможности соединить в своём детском сознании громадный разрыв наблюдаемого ими по <ящику> и в обыденной жизни, бегут из дома, пополняя многочисленные ряды беспризорников, что со всей очевидностью свидетельствует о глобальном социальном бедствии, переживаемым страной и не замечаемым <нашими>. Уж, очень всё похоже. В начале прошлого века <наши> захватывали телефоны, банки и землю, разводили мосты, прикрываясь интересами граждан. И в начале этого века <наши> захватывают телефоны, банки и землю и продолжают <разводить мосты>. Только теперь они захватывают всё это, в свою частную собственность и как им кажется надолго. Это они делят всех - на <наших> и <не наших>, на своих и чужих. Расизм, фашизм и ксенофобия - это тоже порождение <наших>, это побочный и примитивный продукт пропагандируемого разделения на своих и чужих, на тех, кто в Законе, и тех, кто ходит под Законом. Это вполне предсказуемый продукт и даже ожидаемый и желаемый <нашими> продукт - хочется хорошо выглядеть и быть не на краю политического спектра, а, в искусственно создаваемой середине, прикрывшись с краю отморозками разного толка - от <Родины> до откровенных фашистов и расистов. <Нашим> прощается всё, поскольку они обеспечивают светлое будущее <наших> семей. <Наказания> для <наших>, когда уже невозможно не наказать изумляют своей <правовой> изощрённостью. <Девять лет условно> для министра юстиции - что может быть более бредовым - разве только <исключительная мера условно или пожизненный срок условно>, которая, судя по градусу негодования относительно многочисленных <оборотней> вероятно, будет вскорости применена. <Не наши> которые вопреки <нашему> желанию и благодаря своему таланту стали обеспеченными людьми, будут уничтожаться, и гноиться по тюрьмам. Некоторые интеллигентные и сердобольные коллеги называют это мягко - корпоративным государством. На самом же деле имя этому государству - хунта. И как всякая хунта она недолговечна, поскольку с неизбежностью сменяется следующей хунтой и так целый век... Они не скрывают своих планов и своих амбиций. В шутке Президента, высказанной им на юбилейном собрании ФСБ, что де ваше задание по внедрению во власть успешно выполнено, очень мало шутки, особенно после анализа итогов нескольких лет правления <наших> (смотри ниже откровения Генерального Прокурора России). Уж если классическую шутку начала 90 годов относительно приватизации метра государственной границы <наши> смогли талантливо и многократно претворить в жизнь на таможенных переходах, то чего говорить о шутке Президента. Президент тоже это заметил и стукнул кулаком, по причине того, что, видимо не по чину берут. Если мне кто-то объяснит, что Президент, в условиях тотального контроля созданной им вертикали власти несколько лет не ведал, что таможня работает исключительно на частные интересы <наших>, то я никогда этому не поверю. <Наши> талантливо копируют все высказывания и все действия своего Президента. После ещё одного знаменитого высказывания Президента в стране возникли тысячи <сортирных мочил> самого разного калибра. И мочат они не басаевых (на это у них кишка тонка, да и что с <замоченного> Басаева возьмёшь - именно поэтому <наши> суды отсылают граждан, пострадавших от антитеррористической операции на Дубровке к бандитам за компенсациями нанесённого вреда жизни и здоровью), а мочат они мирных граждан кавказской национальности, никитиных, ходорковских, пасько, врачей, занимающихся пересадкой органов, учителей, профессоров и учёных, пытающихся выжить за счёт интеллекта, мастерства и профессионализма (а, другого у учёных ничего нет, как у охранки нет иных интересов и способностей кроме как следить, крышевать, наезжать, ссылать, конвоировать, отбирать бизнес, устраивать преференции для своего бизнеса, входить в долю, устраивая своих детей и родственников в банки и в монопольные компании-монстры), прибирая к рукам крупный, средний и мелкий бизнес - в соответствии со своим положением, своими возможностями, то есть в соответствии со своим калибром. Наша страна, которая была страной учёных и учителей, страной врачей и инженеров (хотя бы на словах) постепенно превратилась в страну охранников и страну чиновников (отбор идёт именно в этом направлении - отбор по величине зарплат и величине дохода, отбор по величине собственности). Произошло и происходит вхождение власти в бизнес (обратное не верно, бизнес не допускается во власть, поскольку там <не наши>). Произошёл и происходит ползучий конституционный переворот. Остановить этот процесс, увы - невозможно. Вероятнее всего впереди нас ждут очередные сто лет одиночества... Выдвигаются амбициозные (то есть не имеющие реального основания) бредовые имперские идеи насчёт России как энергетического центра мира. Но, вдруг, на гребне волны энергетического энтузиазма выясняется (кто бы мог подумать?) что энергии не хватает даже внутри страны. Не лучше ли поддерживать те таланты, и те направления, которые у нас уже есть и которые родились и развились самостоятельно, вопреки <нашим> представлениям о прогрессе. Если государство на самом деле хочет соответствовать риторике своих высших чинов, то необходимо немедленно сделать всё возможное, чтобы разгромленная <делом врачей вредителей> система трансплантации органов была восстановлена и получила своё развитие. Трансплантология и является сплавом самых современных технологий, выше которых нет ничего. Выше этих технологий, спасающих жизнь человека ничего нет. Их и необходимо поддерживать, пока все талантливые не уехали к басурманам, оставив здесь только вороватых и безразличных. Несколько лет подряд эта одна из самых современных и передовых областей медицины планомерно уничтожается правоохранительными органами, о которых так хорошо сказал на прощанье Генеральный Прокурор В.Устинов. Я понимаю, что передовых учёных и талантливых врачей, которые, совершая ежедневный подвиг, развивают современные технологии, необходимо <мочить>, поскольку они являются угрозой установке правящей власти сделать из страны мировую кладовку полезных ископаемых. <Нашим> нужны недрокопатели, кладовщики, трубоукладчики, охранники, газовые и нефте-газовые монстры, ликвидаторы планируемых аварий и банкиры, а не учителя, не врачи и не учёные. А если пересадка органов потребуется <нашим>, то можно вызвать великого Дебейко, или самим отъехать на лечение. Вместо реальных действий, направленных на вхождение страны в перечень развитых стран власть мечтает устроить какие-то технопарки, которые несколько десятилетий назад создавали басурмане. Как только нечто глобальное начинает городиться в <нашей> стране сверху, оно с неизбежностью кончается котлованом, как, например, закончилось строительство великой магистрали из Петербурга в Москву. Воистину, нет пророка в своём отечестве. Непризнанные верхушкой страны великие певцы (классические, а не та муть, которую двигают <наши>) и танцоры, талантливые учёные и врачи уезжали и будут уезжать из страны, не только не получая поддержки со стороны государства, а зачастую подвергаясь преследованиям. Талантливые, профессиональные и честные судьи и следователи преследуются и отстраняются от должности, пополняя внутреннюю эмиграцию. Неужели трудно находить и поддерживать свои таланты, а не гнаться за басурманскими чудесами. Почему государство не желает вкладывать свободные средства стабфонда в прибыльные отечественные Проекты, а финансирует басурман? Здесь всё понятно. На Западе у <наших> скопилось громадное количество незаконно нажитых <тяжёлым, непосильным трудом> средств, которые необходимо легализовать, получив их в качестве инвестиций с Запада. Вот поэтому и не вкладываем средства стабфонда в отечественные Проекты, дабы не мешать процессу легализации <наших> капиталов. Я понимаю, почему власть всегда вкладывает только в нечто глобальное. Во-первых, воровать легче и, во-вторых, концов не найти. Несколько слов о современных методах <разводить мосты>. Добавили зарплату участковым врачам (и это хорошо), но не добавили всем остальным работникам здравоохранения. В результате участковые врачи оказались в изоляции. Надо отремонтировать медицинское оборудование - ремонтируй сам или плати из своего кармана, поскольку инженер по обслуживаю медтехники за 2-3 тысячи рублей зарплаты этого делать не собирается. Водитель за свою зарплату не собирается возить участкового врача, повысившего интенсивность своей работы, а коллеги - узкие специалисты не собираются за свою нищенскую зарплату умирать на работе, выполняя возросшие объёмы работ. В общем, господа граждане грызитесь между собой и не мешайте нам набивать карманы на откатах по закупкам медоборудования и на медстраховании. <Наши> предпочитают либо выписывать врачей из-за границы, либо лечиться за пределами родины и потому разорение отечественного здравоохранения их не волнует. Всплывающие время от времени эпизоды спорадической борьбы с <оборотнями в погонах> (представляющих то МЧС, то МВД, то ГИБДД, то Статистическое Управление, то следователей МУРа, то армейскую разведку, то теперь вот Таможню) - представляют собой повсеместное противостояние членов хунты в борьбе за материальную собственность, за частный и групповой интерес. Хунта, представленная сплошь и рядом силовыми структурами настолько разрослась, что контролировать <доходы> всех и каждого из одного центра уже не получается. Эти - захватили банк, те - телефонную компанию, другие - нефтяной бизнес - а, нам, что же - нельзя? Примерно так рассуждают те члены хунты, которые считают себя обиженными и обойдёнными, а свои <доходы> не соответствующими своей должности. Однако верхушка хунты, понимая всю гибельность для себя подобных публичных разборок, неимоверно оперативно каждый раз, прекращала, разгоревшуюся было войну за передел собственности и доходов. Пока у <наших> получается контролировать ситуацию, и возникшее вдруг очередное противостояние, обещающее многочисленные и масштабные разоблачения вдруг мгновенно заканчивается пшиком и всё спускается на тормозах... - тихо договорились о квотах и откатах. И нынешняя кампания, носящая бутафорский характер будет вскорости прекращена. <Наши> знают, что все они повязаны и сдача одного из своих, чревата всеобщей катастрофой. Но проходит время, аппетиты растут и на сцене появляются всё новые и новые <голодные> и отмороженные игроки в составе <наших>, которые не желают подчиняться <правилам>. Начинаются объединения по интересам, и в недрах старой хунты, неизбежно зарождается новая. Таков примерно механизм саморазвития ситуации. Ничего нового <наши> не придумали. Значительная часть Латинской Америки длительное время жила по этому наигранному сценарию, демонстрируя бесконечную смену одной хунты другой. Так бывает всегда, когда к власти приходит охранка и когда есть труба, не требующая больших вложений для её бесконечного доения. Когда в основу правления заложены понятия и личные интересы, а не Законы - ситуация автоматически приводит к хунте. Учёные, учителя, врачи, инженеры и всякая другая сволочь для хунты в принципе не важны. Очередной раз, знающий всё от созданной им вертикали Президент России, продемонстрировал это на встрече с учёными в МГУ им. Ломоносова, заявив, что де зарплата учёных с 2000 года возросла в 5 раз! И никто из учёных, запуганных арестами и большими сроками своих коллег, так и не возразил Президенту. Если Президент будет и впредь так ловко считать, то ВВП страна не только удвоит, но и удесятерит. Гражданин России Алексей Фитин 10 июня 2006 г. Прислано: fitin@km.ru, 30 июня 2006 г. Продолжение следует ************************************************************** * Бюллетень выпускается Союзом "За химическую Безопасность" * * (http://www.seu.ru/members/ucs) * * Редактор и издатель Лев А.Федоров. Бюллетени имеются на * * сайте: http://www.seu.ru/members/ucs/ucs-info * * *********************************** * * Адрес: 117292 Москва, ул.Профсоюзная, 8-2-83 * * Тел: (7-495)-129-05-96, E-mail: lefed@online.ru * ************************** Распространяется * * "UCS-PRESS" 2006 г. * по электронной почте * ************************************************************** =-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=-=